Павел Засухин. ПО СЛЕДАМ ОХОТНИКОВ НА МАМОНТА

(Опубликовано в № 25 газеты «Заря Севера» 2009 год).

«Заря Севера», в силу своих возможностей, всегда стремилась познакомить читателей с историей родного края. В наших публикациях освещались самые разные периоды прошлого, но к времени первобытнообщинного строя на территории района мы обращались нечасто. То, что происходило здесь тысячи лет назад, очень трудно поддается прочтению.

Ровно год назад в статье «Колымские древности» мы попытались рассказать о начале археологических исследований в Хасынском районе. Сегодня есть повод вновь обратится к данной проблеме, но уже на более свежем материале.

Всего неделя минула, как под Аткой завершила работу археологическая экспедиция, которую возглавлял ведущий сотрудник лаборатории истории и археологии Северо-Восточного комплексного научно-исследовательского института (СВК НИИ) Сергей Борисович СЛОБОДИН.

Мы попросили ученого рассказать о глубоком прошлом нашей земли, о том времени, когда здесь беспрепятственно бродили мамонты. Может быть, именно охотникам на косматых гигантов и принадлежала раскопанная его группой стоянка…

--Как известно, начало археологическим исследованиям в Хасынском районе положил Николай Николаевич Диков. Последние его экспедиции, состоявшиеся в конце семидесятых годов прошлого века, были на реку Малтан, протекающую неподалеку от поселка Атка, где в нынешнем сезоне вели раскопки и вы.

Сергей Борисович, насколько продвинулась археология здешних мест со времен Н. Дикова?

--За более чем 20 лет после Н. Дикова в Хасынском районе найдены десятки археологических памятников. В сравнении с другими территориями континентальной Колымы история вашего района известна наиболее полно. Здесь представлены различные стоянки от палеолита до неолита.

Сейчас мы копали, на мой взгляд, самый интересный колымский памятник—стоянку Большая Хая ( или просто Хая). Она названа в честь протекающей рядом реки. Это левый приток Малтана, впадает в него, примерно, рядом со 176 км основной трассы.

--Стоянку Малтан Н. Диков датировал восемью тысячами лет. А как стара стоянка Хая?

--Действительно, Малтан первоначально датировали восемью тысячами лет. Но я проводил там дополнительные исследования. Мы брали на анализ древесный уголь, сравнивали археологические комплексы Малтана с другими известными комплексами Колымы. Окончательная датировка—4 тыс. лет.

Понятно, почему Н. Диков ошибся. Когда он копал Малтан, верхняя Колыма в археологическом смысле представляла сплошное «белое пятно». Ему трудно было с чем-то сравнивать, он делал предварительные выводы. А датировка по углю может дать ошибку, так как древесный уголь образуется не только в кострах—и в древности бывали лесные пожары от сухих гроз.

Хотя не исключено, что и 8 тыс. лет назад в долине Малтана жили люди. За последние годы мы получили множество подтверждений тому, что территория Хасынского района в этот период была заселена. Найдены стоянки, например, на Ольском плато, в верховьях Буюнды—там, где проходит дорога на Нявленгу.

Кстати, на Буюнде мы исследовали уникальный для Колымы комплекс каменного века. Там обнаружен очаг, что само по себе—редкость, а в очаге—многочисленные микропластины, используемые для изготовления вставных лезвий костяных ножей.

Возвращаясь к итогам раскопок Н. Дикова на Малтане—сегодня никто из археологов не может сказать, что же за культуру он открыл.

А то, что мы этим летом исследовали на Хае, рядышком, --однозначно много более древний материал, совершенно иная культурная традиция.

Люди со стоянки Хая делали крупные кремневые ножи-бифасы. Здесь нами найдены наконечники из халцедона—это поделочный камень, полупрозрачный, позволяющий создавать инструменты с острой режущей кромкой. Обнаружены нуклеусы, с которых скалывались пластины. Возможно, здесь мы имеем дело с первым этапом появления на Северо-Востоке микропластинчатой технологии. По материалам раскопок в Сибири, Якутии, данный этап датируется 20 тыс. лет.

20 тыс. лет назад—Сартанский период ледниковой эпохи. Интересное время, когда здесь в высокогорьях лежали ледники, а в низинах существовали настоящие степи. На свободных территориях паслись стада древних оленей и мамонтов. Климат был иным—малоснежная зима, сухое лето. Поэтому вся трава оставалась на корню, что позволяло кормиться стадам животных. На которых охотились люди…

--Это время перед заселением Америки…

--Да. Поэтому вновь открытые материалы мы связываем с проблемой заселения Американского континента, когда древний человек постепенно двигался по земле Берингии на Аляску. И там находят материалы, сходные с нашим.

--Сергей Борисович, поясните, как вы определили место раскопа? Почему Хая?

--Моя дочь своей специальностью выбрала археологию. Сейчас она учится на факультете антропологии университета Анкориджа. Кстати, тоже сейчас работает в поле, недавно звонила, рассказывала о найденном интересном наконечнике из хрусталя.

В 2001 году, перед отъездом дочери в США, мы совершили прощальный поход по Ольскому плато. Она предложила на трассу выйти по Хае.

Проходя по долине, мы увидели интересную каменистую террасу, как раз такую, на которых много тысяч лет назад любили селиться люди. Мы заложили шурфы, получили определенный материал.

Правда, мы не сразу поняли его ценность. В 2003 году я провел дополнительные исследования, результаты которых озадачили. Стоянка Хая явно «тянула на древность». И пока ее древность подтверждается—вероятный возраст, повторю, около 20 тыс. лет. А таких старых памятников на Колыме вместе с ней—всего три.

--В годы реформ археология, как и вся фундаментальная наука, оказалась в загоне. Как вы решили вопрос об организации экспедиции?

--Экспедиции я провожу каждый год, и каждый год сталкиваюсь с огромными трудностями. Но всякий раз находятся люди, которые понимают необходимость и неизбежность археологических исследований. Перечислить их всех невозможно, назову лишь некоторых.

Мы всегда контактируем с предприятиями и организациями, работающими на трассе. Так, в прошлом нам очень помогли аткинские дорожники.

Со мной в экспедицию в этом году поехали ребята-старшеклассники из Детского экологического центра города Магадана. С ними я занимаюсь на протяжении года, с некоторыми—второй год.

Один бы я ничего не сделал. Все время ушло бы на организацию быта и приготовление пищи. А вместе с ребятами мы вскрыли около 20 квадратных метров. Причем, это хорошо задокументированная работа. Вы знаете, что каждый квадратный метр раскопа фиксируется на плане очень точно, с нивелировкой.

Естественно, СВК НИИ выделяет определенные средства—на полевое снаряжение, на бензин (в этот раз—только до Палатки). Транспорт, чтобы доставить группу из Палатки к месту работы, выделила администрация Хасынского района, за что хочу сердечно поблагодарить Н. Строгаля. Отдельных слов благодарности заслуживает водитель районной администрации Володя Баранчиков, проявивший незаурядное мастерство и доставивший нас по бездорожью максимально близко к стоянке.

Предприятие «Геосвязь», базирующееся в Хасыне, обеспечило нам контакты с миром. Мы могли сообщать домой, что все идет нормально, и рассчитывать на помощь в экстренных случаях.

--Насколько многочисленной была экспедиция?

--Обычно со мной всегда выезжают не меньше десяти человек. В этот раз—тринадцать.

В работе на Хае принял участие Игорь Евгеньевич Воробей, сотрудник краеведческого музея. Он высококлассный специалист, и его участие усилило наш отряд с научной и организационной точек зрения. Ранее он исследовал стоянку Дручак в Северо-Эвенском районе, примерно столь же древнюю, как и Хая.

--Сложно ли работать археологу в Магаданской области?

--Главные сложности создает неразвитая инфраструктура. Для пересечения рек требуется серьезная техника—ведь надо доставить на место и людей, и довольно тяжелое снаряжение.

Климатические условия непростые. Короткий полевой сезон. Начинаешь с середины июня, а в августе уже вероятен снег.

В прошлом году я находился в Омсукчанском районе с японскими коллегами. Предупредил их о возможности раннего снега. Они не верили, и хорошо, что я настоял взять зимние вещи. В августе нас снежком засыпало…

--Сергей Борисович, каким путем вы пришли в археологию? Ведь эта профессия требует почти фанатичной преданности, упорства и упрямства…

--Про себя так категорично не скажу.

Я мечтал заниматься археологией с пятого класса средней школы. Тогда я жил в Анадыре, и мой дом находился рядом с музеем, где начинал Н. Диков.

Позже, в Магадане, я познакомился с его супругой, тоже известным археологом Тамарой Митрофановной Диковой. И одна из моих книг—а у меня на счету две монографии—посвящена ей, как крестной матери в археологии.

Окончив наш «ликбез»--Магаданский педагогический институт, я собирался на работу в СВК НИИ. Но тут высоким чиновником было объявлено, что «нам не нужны ученые, а нужны учителя». И я пошел в школу, где занимался краеведческой работой. И так—до 1996 года, когда защитил диссертацию и стал научным сотрудником лаборатории истории и археологии. Сейчас—ведущий сотрудник этой лаборатории.

--Какие еще интересные памятники в нашем районе вам хотелось бы исследовать?

--Если бы кто-то посодействовал, я бы с удовольствием исследовал стоянку на реке Хете—она датируется концом последнего оледенения, примерно 12 тыс. лет. Рядом с Хетой, где поворот на «Агат», есть ручей Гипотетический—там тоже интересный материал. На Ольском плато обозначены многие памятники, но там еще копать и копать! Есть серьезные намерения продолжить раскопки на Хае.

Сейчас я готовлю материал для обзорной книги по древней истории Хасынского района. В археологическом отношении он очень богат. Хая сама по себе достойна отдельной монографии.

--Как вы оцениваете: есть ли в современном российском обществе интерес к истории?

--Интерес есть. Это подтверждается тем, что по всей стране выходит огромное количество исторической литературы, и она востребована. В Магадане в последнее время каждый год выходит по монографии, посвященной истории края. Думаю, не лишне будет иметь эти книги и в вашей районной библиотеке. Если библиотека со мной свяжется, лично я свои книги с удовольствием подарю.

Я предложил главе администрации Хасынского района Н. Строгалю вариант сотрудничества. Если районные власти окажут определенную помощь, я смогу создать как научный труд по истории Хасынского района, так и научно-популярную книгу.

Я давно занимаюсь работой с детьми, вполне способен написать для школьников учебное пособие по той же теме. У меня накоплен огромный иллюстративный материал, который облегчил бы читателям—как юным, так и взрослым,--познание истории.

--Спасибо за интервью! Надеемся увидеть вас в Хасынском районе вновь!

Словарик начинающего археолога

Палеолит—древний каменный век. Отсчитывается от появления первых разумных предков человека (условно –более 2 млн. лет назад) до 10 тыс. лет назад.

Неолит—новый каменный век. Характерен переходом от охоты и собирательства к земледелию и скотоводству. В разных точках планеты существовал различное время, но в среднем--от 10 тыс. лет до 2 тыс. лет назад. (А где-нибудь в джунглях Папуа существует и до сих пор).

Мезолит—средний каменный век. Промежуточный между палеолитом и неолитом.

Бифас—каменное орудие с двумя рабочими кромками.

Нуклеус—он же «ядрище». Каменная заготовка, от которой отщепывают пластины, используемые для изготовления орудий труда.

Микропластинчатая технология—способ использования мелких обработанных камней, микролитов, для изготовления вставных лезвий в роговую или костяную основу. Считается прогрессивной ступенью на пути развития человека. Следует отличать от макролитической технологии. Макролит—очень примитивное, грубо обработанное, большое каменное орудие.

Берингия—земля, находившаяся на месте нынешнего Берингова пролива и одноименного моря. Самый вероятный путь, по которому прошли предки американских индейцев.

Период оледенения, ледниковый период—этап в геологической истории Земли, когда чередовались отрезки с очень холодным климатом, вызывающим появление материковых ледников, и более теплые, когда часть ледников стаивала. По некоторым теориям, последнее плейстоценовое оледенение весьма способствовало прогрессу человечества, заставив наших предков как следует одеться и изобрести новые методы охоты. 

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...